OCR фрагмента статьи из сборника Материалы ВАК №1 1899.
В рапорте Лазарева от 4 июля 1791 года на имя ген.-губ. Заборовского сообщается, что "в Меленках и Судогде денежная казна, по неимению там кладовых, положена в деревянных анбарах: в первом, где содержится вино, а в последнем, где хранится казённая соль. И поелику сказанные анбары стоят вне жилья, к тому ж и непрочно построены, то и нахожу я прямую причину сомневаться, что в них денежную казну содержать, а особливо в то время, когда накопляется её в немалом количестве, есть немалая опасность."
четверг, 29 октября 2009 г.
четверг, 22 октября 2009 г.
Дело о главных и малых народных училищах в Костромской и Владимирской губерниях 1786 - 1796
OCR статьи из сборника Материалы ВАК №1 1899.
Главные народные училища, начальные (повышенного типа) учебные заведения дореволюционной России. Первое Г. н. у. открылось в Петербурге в 1782. Директором был один из авторов проекта системы народных училищ педагог Ф. И. Янкович де Мириево. По "Уставу народным училищам в Российской империи", изданному в 1786, Г. н. у. были организованы в 25 губернских городах. В Г. н. у. принимались дети всех сословий, кроме крепостных. Имели 5-летний курс обучения, 4 класса (четвёртый класс был двухгодичным). Первые два класса соответствовали курсу малого народного училища. В 3—4-м классе преподавались: 2-я часть арифметики, геометрия, физика и механика, естественная история, история, архитектура с черчением планов и для желающих — латинский и новые языки. По уставу желающие могли готовиться к должности учителя малых народных училищ; для этого вводился курс методики обучения ("Способ учения"). После школьной реформы 1804 Г. н. у. были преобразованы в гимназии. В Г. н. у., особенно в Петербургском и Московском, находившихся под влиянием передовых учёных Академии наук и Московского университета, применялись прогрессивные методы обучения и учёта знаний учеников, введена была классно-урочная система. (БСЭ)
22 сентября 1786 г. - главное народное училище основано в г. Владимире.
Находилось на верхнем этаже в здании присутственных мест.
Позже было переведено во вновь построенное каменное здание напротив корпуса палат, где действовало до 1804, когда его реорганизовали в мужскую гимназию.
среда, 7 октября 2009 г.
О дворянский и городских выборах по Владимирскому наместничеству в 1793 году.1793 - 1794.
OCR части статьи из сборника "Труды Владимирской Учёной Архивной Комиссии"
книга 1
1899 год
На трёхлетие 1794 - 1796 г кандидатами на Губернского Предводителя Дворянства избраны Ковровской округи бригадир Андрей Михайлович Танеев, получивший 164 избир. и 6 неизбир шаров, и Покровской округи Секунд-Майор Дмитрий Иванович Аленин, получивший 101 избир. и 69 неизбирательных шаров. Утверждён Губ. Предводителем Танеев: но так как он был избран заочно и находился в отсутствии, то Ген. Губ. Заборовский предложил Наместническому Правлению отправить к нему нарочного с извещении об избрании и доверенности дворянства и просит его прибыть во Владимир для принятия возложенного на него служения. По поводу произведённых выборов Правитель Владимирской губернии рапортом на имя Ген. Губернатора донёс, что Вязниковским дворянством выбран в Уездный Суд в заседатели Коллежский протоколист Дмитрий Георгобианов, о котором производилось дело в Уголовной Палате по доносу уездного судьи в сделанных им, Георгобиановым, в бытность его уездным казначеем притеснениях крестьянам при даче паспортов, также и во взятках, и хотя он не был обвинён, но оставлен в подозрении.
В деле имеются списки избранных на разные должности с краткими указаниями о прохождении ими службы.
На городских выборах, бывших в том же году, в городские головы избран купец Фёдор Григорьев сын Петровский.
книга 1
1899 год
На трёхлетие 1794 - 1796 г кандидатами на Губернского Предводителя Дворянства избраны Ковровской округи бригадир Андрей Михайлович Танеев, получивший 164 избир. и 6 неизбир шаров, и Покровской округи Секунд-Майор Дмитрий Иванович Аленин, получивший 101 избир. и 69 неизбирательных шаров. Утверждён Губ. Предводителем Танеев: но так как он был избран заочно и находился в отсутствии, то Ген. Губ. Заборовский предложил Наместническому Правлению отправить к нему нарочного с извещении об избрании и доверенности дворянства и просит его прибыть во Владимир для принятия возложенного на него служения. По поводу произведённых выборов Правитель Владимирской губернии рапортом на имя Ген. Губернатора донёс, что Вязниковским дворянством выбран в Уездный Суд в заседатели Коллежский протоколист Дмитрий Георгобианов, о котором производилось дело в Уголовной Палате по доносу уездного судьи в сделанных им, Георгобиановым, в бытность его уездным казначеем притеснениях крестьянам при даче паспортов, также и во взятках, и хотя он не был обвинён, но оставлен в подозрении.
В деле имеются списки избранных на разные должности с краткими указаниями о прохождении ими службы.
На городских выборах, бывших в том же году, в городские головы избран купец Фёдор Григорьев сын Петровский.
среда, 9 сентября 2009 г.
Житие преподобной Евфросиньи Суздальской.
OCR статьи из сборника "Труды Владимирской Учёной Архивной Комиссии"
книга 1
1899 год
по списку XVII века.
С развитием просвещения в XV и начале XVI веков в северной Руси, когда в различных местностях начинается появление целого ряда житий русских подвижников, появляется в Суздале и житие пр. Евфросинии, принадлежащее перу "творца канонов" и житий Суздальских святых "смиреннаго инока" Суздальского Спасо-Евфимиевского монастыря Григория.
Время жизни и деятельности Григория после целого ряда учёных разногласий, точно установлено В.О.Ключевским в известном труде его о древне-русских житиях святых ( Древнерусския жития святыхъ, какъ исторический источникъ. Изследование В.Ключевскаго. М. 1871)
На основании тщательного изучения сочинений Григория, В.О.Ключевский относит литературную деятельность его ко второй четверти 16 столетия. Инок Григорий написал целый ряд житий святых, служб и канонов угодников Суздальских. Так, кроме жития, службы и канона пр. Евфросинии, инок Григорий написал житие преподобного Евфимия, Суздальского чудотворца и канон ему, житие еп. Иоанна Суздальского с каноном, канон еп. Феодору и житие с каноном пр. Козмы, Яхромского чудотворца.
Им же написаны похвальное слово и служба "новым чудотворцам", канонизированным на соборах 1547 - 1549 гг. Таким образом, литературная деятельность его стоит в тесной связи с тем оживлением автобиографической литературы, которая замечается в половине 16 века, одновременно с животрепещущими вопросами того времени о канонизации русских святых, издавна местно чтимых в разных областях Русского Государства, собранного к тому времени под власть единого самодержца Царя Московского и Всея Руси.
Время написания жития пр.Евфросинии довольно точно определяется составом самого жития. Кроме жития пр.Евфросинии во всех дошедших до нас списках его заключаются две добавочные статьи: - чудо 1558 года и повесть, написанная епископом Суздальским Варлаамом, "о изобретении стихир и канона и жития пр. княжны Евфросинии, безвести бывшие много лет"
Чудо 7066 - 1558 года "о исцелении разслабленного" описано после того, как написано житие преподобной, и судя по языку и по некоторым выражениям, написано самим Григорием, автором жития. (В.О.Ключевский предполагает, что автором сказания и чуда 1558 года мог быть и монах Спасо-Евфимиева монастыря Савватий), "сподобившимся достоверно в лета и во дни наша, паче слуха" т.е. не на основании рассказов других, как писано им житие преподобной, а "своими очима видети" это чудо.
Побуждением к добавлению этого чуда уже после того как повесть была написана, послужило между прочим сознание автора неполноты жития. Таким образом житие было написано до 1558 года и всего вернее в десятилетие между 1549 - 1558, когда под влиянием постановления соборов 1547 и 1549 г начинаются усиленные попытки в епархиях к собиранию сведений о местно чтимых подвижниках и святых, когда по примеру митр. Макария епархиальные епископы отыскивали начитанных грамотеев и поручали им в случае, если не было житий. канонов и служб местным святым, составлять эти жития и каноны по образцу уже известных и пользовавшихся общим одобрением житий и канонов наиболее чтимых святых.
Житие пр.Евфросинии, написанное в 1549 - 1558 годах вместе со службой и каноном, около 20 лет не делалось общим достоянием. В то время как житие и канон пр. Евфимия получили церковное употребление после собора 1549 года, житие пр. Евфросинии "настоятелей тоя обители о чудесахъ нерадениемъ....и небрежениемъ....безъ вести бывше".
Инок Григорий или умер или ушёл из Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря, а житие пр.Евфросинии, написанное им, игумен монастыря Савватий унёс в Махрищский (?) монастырь.
Между тем в виду часто совершающихся чудес у гроба преподобной Евфросинии, епископ Суздальский Варлаам сильно озабочен был желанием устроить празднество и местное чествование преподобной, а для этого требовались: житие, служба и канон пр.Евфросинии.
"О семъ же мне смиреннаму епископу велие повечение бывше" - повествует сам Варлаам, - како, где обрести житие преподобныя, или списателя житию и стихирь и канона".
И вот случайно, находясь в Махрищском монастыре, на обратном пути из Москвы в Суздаль, к великой своей радости, епископ Варлаам находит в монастырской книгохранительнице так долго пропадавшее житие пр. Евфросинии.
Прочитав это житие, епископ Варлаам "порядовахся, яко не презре Господь желания его и разсмотрихъ, яко не просто сему быти, но отъ Божия благодати". Он привёз житие в Суздаль, и "собравъ соборъ архимандриты и игумены и весь причет соборныя церкви", установил торжественное празднество пр.Евфросинии, сопровождавшееся многими чудесами от гроба преподобной.
Житие пр. Евфросинии, написанное Григорием по преданию со слов черноризиц, спустя 300 лет после кончины преподобной, в историческом отношении мало заключает в себе ценных сведений, относящихся к той отдалённой эпохе, к которой относится жизнь преподобной.
Напротив, встречаются сведения исторически неточные, (легенда об убиении Батыя Угорским королём Владиславом и др.)
Но житие это представляет весьма типичный памятник житийной литературы 16 века, и уже давно обращало на себя внимание учёных. Инок Григорий был весьма начитанным в современной литературе и искусно подражал наиболее ораторски составленным произведениям в этом роде своих предшественников - иноков Епифания и Пахомия.
Поэтому-то его творения и дошли до нас во многих списках. Житие пр. Евфросинии дошло до нас более чем в 24 списках. (перечень списков жития пр. Евфросинии см в книге Н.И.Барсукова "Источники русской агиографии. Всех списков жития указано Барсуковым 24. ).
Древнейший из них относится к концу 16 века и хранится в библиотеке Архива Министерства Иностранных Дел (№ 20). Он несколько короче позднейших списков, не имеет риторически-богословского вступления позднейших, начиная с 17 века, списков с "Благословен Богъ Отецъ щедротъ безначальный Вседержитель" и пр.), а также и многих чудес, внесённых в позднейшее время.
Шесть из всех этих сохранившихся до нашего времени списков, украшены миниатюрами. Древнейший список с лицевыми изображениями относится ко второй половине 17 века.
Один из этих списков, к сожалению позднейшего времени, (конца 18 века), обратил внимание Императорского Общества любителей древнерусской письменности и искусства и превосходно издан фотолитографически на средства А.Н. Дружинина.
Издаваемый нами ныне список 17 века находится в библиотеке Суздальского Ризположенского монастыря. В монастыре был и ещё список с лицевыми украшениями конца 18 века. Но он в настоящее время передан на хранение в Владимирское древлехранилище при Александро-Невском братстве.
Имея под руками и этот позднейший список, мы сочли нужным в примечаниях указать все особенности его сравнительно с древнейшим списком 17 века.
Издаваемая рукопись написана полууставом на 101 листе в царствование Фёдора Алексеевича (1676 - 1682). Она начинается службой пр. Евфросинии ( 1-32 л.) затем с листа 33 - 101 следует житие, оканчивающееся повестью еп. Варлаама об установлении празднества преподобной Евфросинии, чудесами при гробе ея, (последнее чудо исцеления бесноватого Матфея) и молитвой преподобной, которая с небольшими изменениями вошла затем в службу пр. Евфросинии.
Рукопись украшена 57 лицевыми изображениями, исполненными весьма тщательно и искусными руками, иллюстрирующими шаг за шагом все житие преподобной. Лицевые изображения в высшей степени ценны и в художественном, и в бытовом отношении. Прекрасно гармонирую с текстом, миниатюры, украшающие издаваемую рукопись, заключают в себе весьма много ценного материала, как наглядное олицетворение верований древнерусского человека, его понятий, его фантазии (в области демонологии), но в особенности ценны миниатюры той стороной своей, в которой они отображают обыденную обстановку давно прошедшей жизни и быта 17 века, всё здесь ценно в археологическом отношении: и изображения храмов, зданий, одежд и предметов домашней утвари. Изображения осады города Суздаля полчищами Батыя, битва на реке Сити, мученическая кончина св. Михаила Черниговского в орде и другие миниатюры, посвящённые изображению исторических эпизодов жития, оценены по достоинству ещё кн. П.П.Вяземским, издавшим даже позднейший список жития с изображениями, лишёнными многих лучших черт типичности иконописного стиля издаваемой ныне рукописи.
Рукопись Ризположенского монастыря, древнейшая из лицевых рукописей жития пр. Евфросинии, послужила образцом для других списков, которые во многом уступают своему оригиналу. Мастер, исполнявший рисунки, был одним из лучших иконописцев своего времени, и в некоторых композициях талантливо передал душевные движения изображаемых лиц.
Список кн. Вяземского, изд. Общ. л. др. п. и другой список, находящийся ныне в древлехранилище Александро-Невского Братства, рабски копирую древние рисунки, Ризположенской рукописи, далеко отстают и в художественности исполнения, и в стильности от оригинала. Краски древнего миниатюриста подобраны более изящно, чем в позднейших списках, - они более ярки и красивы, чем мутные тона миниатюр 18 века. Издавая наиболее оригинальные из древних миниатюр рукописи Ризположенского монастыря точно, фотоцинкографически, мы сожалеем, что не имеем средств передать и сами краски лицевых изображений, хотя бы некоторые из них в виде образца.
В.Георгиевский.
книга 1
1899 год
по списку XVII века.
ПРЕДИСЛОВИЕ
Предания о жизни и подвигах преподобной Евфросинии, в миру Феодулии, дочери св. Великого Князя Черниговского Михаила подвизавшейся в XIII веке в Суздальском Ризположенском монастыре долгое время после её смерти не были записаны, а жили в памяти монахинь Ризположенского монастыря и устно передавались ими друг другу.С развитием просвещения в XV и начале XVI веков в северной Руси, когда в различных местностях начинается появление целого ряда житий русских подвижников, появляется в Суздале и житие пр. Евфросинии, принадлежащее перу "творца канонов" и житий Суздальских святых "смиреннаго инока" Суздальского Спасо-Евфимиевского монастыря Григория.
Время жизни и деятельности Григория после целого ряда учёных разногласий, точно установлено В.О.Ключевским в известном труде его о древне-русских житиях святых ( Древнерусския жития святыхъ, какъ исторический источникъ. Изследование В.Ключевскаго. М. 1871)
На основании тщательного изучения сочинений Григория, В.О.Ключевский относит литературную деятельность его ко второй четверти 16 столетия. Инок Григорий написал целый ряд житий святых, служб и канонов угодников Суздальских. Так, кроме жития, службы и канона пр. Евфросинии, инок Григорий написал житие преподобного Евфимия, Суздальского чудотворца и канон ему, житие еп. Иоанна Суздальского с каноном, канон еп. Феодору и житие с каноном пр. Козмы, Яхромского чудотворца.
Им же написаны похвальное слово и служба "новым чудотворцам", канонизированным на соборах 1547 - 1549 гг. Таким образом, литературная деятельность его стоит в тесной связи с тем оживлением автобиографической литературы, которая замечается в половине 16 века, одновременно с животрепещущими вопросами того времени о канонизации русских святых, издавна местно чтимых в разных областях Русского Государства, собранного к тому времени под власть единого самодержца Царя Московского и Всея Руси.
Время написания жития пр.Евфросинии довольно точно определяется составом самого жития. Кроме жития пр.Евфросинии во всех дошедших до нас списках его заключаются две добавочные статьи: - чудо 1558 года и повесть, написанная епископом Суздальским Варлаамом, "о изобретении стихир и канона и жития пр. княжны Евфросинии, безвести бывшие много лет"
Чудо 7066 - 1558 года "о исцелении разслабленного" описано после того, как написано житие преподобной, и судя по языку и по некоторым выражениям, написано самим Григорием, автором жития. (В.О.Ключевский предполагает, что автором сказания и чуда 1558 года мог быть и монах Спасо-Евфимиева монастыря Савватий), "сподобившимся достоверно в лета и во дни наша, паче слуха" т.е. не на основании рассказов других, как писано им житие преподобной, а "своими очима видети" это чудо.
Побуждением к добавлению этого чуда уже после того как повесть была написана, послужило между прочим сознание автора неполноты жития. Таким образом житие было написано до 1558 года и всего вернее в десятилетие между 1549 - 1558, когда под влиянием постановления соборов 1547 и 1549 г начинаются усиленные попытки в епархиях к собиранию сведений о местно чтимых подвижниках и святых, когда по примеру митр. Макария епархиальные епископы отыскивали начитанных грамотеев и поручали им в случае, если не было житий. канонов и служб местным святым, составлять эти жития и каноны по образцу уже известных и пользовавшихся общим одобрением житий и канонов наиболее чтимых святых.
Житие пр.Евфросинии, написанное в 1549 - 1558 годах вместе со службой и каноном, около 20 лет не делалось общим достоянием. В то время как житие и канон пр. Евфимия получили церковное употребление после собора 1549 года, житие пр. Евфросинии "настоятелей тоя обители о чудесахъ нерадениемъ....и небрежениемъ....безъ вести бывше".
Инок Григорий или умер или ушёл из Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря, а житие пр.Евфросинии, написанное им, игумен монастыря Савватий унёс в Махрищский (?) монастырь.
Между тем в виду часто совершающихся чудес у гроба преподобной Евфросинии, епископ Суздальский Варлаам сильно озабочен был желанием устроить празднество и местное чествование преподобной, а для этого требовались: житие, служба и канон пр.Евфросинии.
"О семъ же мне смиреннаму епископу велие повечение бывше" - повествует сам Варлаам, - како, где обрести житие преподобныя, или списателя житию и стихирь и канона".
И вот случайно, находясь в Махрищском монастыре, на обратном пути из Москвы в Суздаль, к великой своей радости, епископ Варлаам находит в монастырской книгохранительнице так долго пропадавшее житие пр. Евфросинии.
Прочитав это житие, епископ Варлаам "порядовахся, яко не презре Господь желания его и разсмотрихъ, яко не просто сему быти, но отъ Божия благодати". Он привёз житие в Суздаль, и "собравъ соборъ архимандриты и игумены и весь причет соборныя церкви", установил торжественное празднество пр.Евфросинии, сопровождавшееся многими чудесами от гроба преподобной.
Житие пр. Евфросинии, написанное Григорием по преданию со слов черноризиц, спустя 300 лет после кончины преподобной, в историческом отношении мало заключает в себе ценных сведений, относящихся к той отдалённой эпохе, к которой относится жизнь преподобной.
Напротив, встречаются сведения исторически неточные, (легенда об убиении Батыя Угорским королём Владиславом и др.)
Но житие это представляет весьма типичный памятник житийной литературы 16 века, и уже давно обращало на себя внимание учёных. Инок Григорий был весьма начитанным в современной литературе и искусно подражал наиболее ораторски составленным произведениям в этом роде своих предшественников - иноков Епифания и Пахомия.
Поэтому-то его творения и дошли до нас во многих списках. Житие пр. Евфросинии дошло до нас более чем в 24 списках. (перечень списков жития пр. Евфросинии см в книге Н.И.Барсукова "Источники русской агиографии. Всех списков жития указано Барсуковым 24. ).
Древнейший из них относится к концу 16 века и хранится в библиотеке Архива Министерства Иностранных Дел (№ 20). Он несколько короче позднейших списков, не имеет риторически-богословского вступления позднейших, начиная с 17 века, списков с "Благословен Богъ Отецъ щедротъ безначальный Вседержитель" и пр.), а также и многих чудес, внесённых в позднейшее время.
Шесть из всех этих сохранившихся до нашего времени списков, украшены миниатюрами. Древнейший список с лицевыми изображениями относится ко второй половине 17 века.
Один из этих списков, к сожалению позднейшего времени, (конца 18 века), обратил внимание Императорского Общества любителей древнерусской письменности и искусства и превосходно издан фотолитографически на средства А.Н. Дружинина.
Издаваемый нами ныне список 17 века находится в библиотеке Суздальского Ризположенского монастыря. В монастыре был и ещё список с лицевыми украшениями конца 18 века. Но он в настоящее время передан на хранение в Владимирское древлехранилище при Александро-Невском братстве.
Имея под руками и этот позднейший список, мы сочли нужным в примечаниях указать все особенности его сравнительно с древнейшим списком 17 века.
Издаваемая рукопись написана полууставом на 101 листе в царствование Фёдора Алексеевича (1676 - 1682). Она начинается службой пр. Евфросинии ( 1-32 л.) затем с листа 33 - 101 следует житие, оканчивающееся повестью еп. Варлаама об установлении празднества преподобной Евфросинии, чудесами при гробе ея, (последнее чудо исцеления бесноватого Матфея) и молитвой преподобной, которая с небольшими изменениями вошла затем в службу пр. Евфросинии.
Рукопись украшена 57 лицевыми изображениями, исполненными весьма тщательно и искусными руками, иллюстрирующими шаг за шагом все житие преподобной. Лицевые изображения в высшей степени ценны и в художественном, и в бытовом отношении. Прекрасно гармонирую с текстом, миниатюры, украшающие издаваемую рукопись, заключают в себе весьма много ценного материала, как наглядное олицетворение верований древнерусского человека, его понятий, его фантазии (в области демонологии), но в особенности ценны миниатюры той стороной своей, в которой они отображают обыденную обстановку давно прошедшей жизни и быта 17 века, всё здесь ценно в археологическом отношении: и изображения храмов, зданий, одежд и предметов домашней утвари. Изображения осады города Суздаля полчищами Батыя, битва на реке Сити, мученическая кончина св. Михаила Черниговского в орде и другие миниатюры, посвящённые изображению исторических эпизодов жития, оценены по достоинству ещё кн. П.П.Вяземским, издавшим даже позднейший список жития с изображениями, лишёнными многих лучших черт типичности иконописного стиля издаваемой ныне рукописи.
Рукопись Ризположенского монастыря, древнейшая из лицевых рукописей жития пр. Евфросинии, послужила образцом для других списков, которые во многом уступают своему оригиналу. Мастер, исполнявший рисунки, был одним из лучших иконописцев своего времени, и в некоторых композициях талантливо передал душевные движения изображаемых лиц.
Список кн. Вяземского, изд. Общ. л. др. п. и другой список, находящийся ныне в древлехранилище Александро-Невского Братства, рабски копирую древние рисунки, Ризположенской рукописи, далеко отстают и в художественности исполнения, и в стильности от оригинала. Краски древнего миниатюриста подобраны более изящно, чем в позднейших списках, - они более ярки и красивы, чем мутные тона миниатюр 18 века. Издавая наиболее оригинальные из древних миниатюр рукописи Ризположенского монастыря точно, фотоцинкографически, мы сожалеем, что не имеем средств передать и сами краски лицевых изображений, хотя бы некоторые из них в виде образца.
В.Георгиевский.
воскресенье, 6 сентября 2009 г.
понедельник, 31 августа 2009 г.
Р.И.Воронцов. Первый Владимирский генерал-губернатор. Часть 1.
Воронцовы - древний, ныне угасший русский дворянский род, ведущий начало от легендарного Симона Африкановича, выехавшего из Варяжской земли в Киев в 1027 г. Непосредственный его родоначальник - Федор Васильевич Воронцов (около 1400). С половины XV и до конца XVII в. Воронцовы служили воеводами, стряпчими, стольниками, окольничими и боярами.
Рома́н Илларио́нович Воронцо́в. генерал-поручик и сенатор при Елизавете Петровне, генерал-аншеф при Петре Фёдоровиче, при Екатерине II, сначала в опале, а потом наместник губерний Владимирской, Пензенской и Тамбовской. Первый владимирский генерал-губернатор.
Отец Екатерины Романовны Дашковой и Александра Воронцова (первого главы министерства иностранных дел, учреждённого Александром I)
Отец Романа, Илларион Гавриилович при Петре I служил воеводой в Ростове Великом и был в дружественных отношениях с митрополитом Димитрием Ростовским.
Елизавета Петровна сделала Р.Воронцова камергером, наградила несколькими орденами.
После дворцового переворота сопровождал в заточение правительницу Анну Леопольдовну и ее семью.
1755 год. Ему был пожалован чин генерал-поручика.
1760 год. Роман Воронцов был возведен в графское достоинство.
1761 год. В качестве сенатора участвовал в работе над составлением нового свода законов.
С воцарением Петра III происходит ещё большее его возвышение. Граф Роман Илларионович получил высший орден империи - св. Андрея Первозванного и чин генерал-аншефа.
Его старшая дочь Елизавета стала той самой "метрессой" императора, на которой Пётр намеревался жениться.
Р.Воронцов стал одним из инициаторов Манифеста о вольности дворянства. Но царствование Петра III оказалось недолгим. Свергнув супруга, на престол взошла Екатерина II.
В начальный период царствования Екатерины II граф Воронцов оказывается в немилости.
Он даже был арестован и выслан в Москву, лишен ряда имений в Малороссии.
Его новым назначениям и карьере он оказался обязан народным волнениям.
Пугачевщина выявила многие недостатки провинциального управления империи. Попыткой исправить положение стала реформа 1775 года, по которой вместо 23-х губерний было создано 50. Губернскую администрацию возглавлял наместник или генерал-губернатор, управлявший двумя-тремя губерниями. Наместнику были даны большие права.
В марте 1778 года по указу Екатерины II была образована Владимирская губерния. Первым владимирским наместником и генерал-губернатором стал Роман Воронцов.
Ему поручалось "освидетельствовать на месте удобность деления губернии на 13 уездов" и определить "какие вновь города для приписания к ним уездов назначить нужно будет".
Назначая графа во Владимир, Екатерина, по сути, отправляла его в почетную ссылку. В то же время она стремилась использовать многолетний опыт Воронцова-администратора.
Материалы:
- Википедия
- статья ГРАФ РОМАН ВОРОНЦОВ ПЕРВЫЙ НАМЕСТНИК И ГЕНЕРАЛ-ГУБЕРНАТОР. // Владимирские ведомости (Владимир).- 28.04.2007.
- Книга Сухарева О.В. Кто был кто в России от Петра I до Павла I, Москва, 2005)
- статья О.Б.Барченковой "Деятельность Р.И.Воронцова на посту первого владимирского генерал-губернатора (1778-1783) сборник Материалы и исследования. ВСМЗ вып 15. 2009 год.
воскресенье, 30 августа 2009 г.
О бородачах и раскольниках. Часть 2
начало здесь
О бородачах и раскольниках во Владимирском Губернском архиве имеется дело под № 235, начинающееся указом Императрицы Анны Иоанновны от 20 апреля 1735 года, присланным "из Московской Губернамейской канцелярии Володимерской провинцы воеводскому товарищу, майору господину Тяпкину" и полученным здесь 2 сентября того же года. В этом указе повторено содержание именного указа Петра I от 1722 года. Копии указа из Влад. Пров. канцелярии были посланы к воеводам в Гороховец и Муром а также в Владимирскую и Вязниковскую ратуши к Бурмистрам.
Как во Владимире, так и в других местах Владимирской провинции указ был зачитан в первые три базарные дня при барабанном бое, и копии его были вывешены а разных общественных местах.
Владимирская ратуша и Муромская воеводская канцелярия отписали провинциальной канцелярии, что они "по указу исполнение чинить будутъ", а Гороховецкая воеводская канцелярия к тому прибавила, что "раскольниковъ и бородачей и ходящихъ въ неуказномъ платьъ въ приводъ ни от кого не имъется".
Без сомнения и Вязниковская ратуша в том же роде ответила бы, но её предупредил вязниковец Семён Кириллов Москвин доносом о том, что он 25 сентября 1735 года увидела в Вязниках самого Бургомистра Василия Иванова Рукавишникова с бородой и не в указном платье.
Москвин поймал Рукавишникова и повел его в привод в Вязниковскую ратушу, но последний, дойдя до ратуши и, "обнадъясь на свою силу и богатство", в ратушу не пошёл, стал от Москвина отбиваться, замахиваться тростью и бранить его "всякою неподобною бранью", говоря: "я-де бороду и платье ношу по указу".
На крик Рукавишникова выбежали из ратуши трое подчинённых ему людей. Рукавишников приказал им оттолкать от себя Москвина, что они и исполнили и "въ приводъ въ ратушу привесть его на дали".
На другой день Москвин на Рукавишникова и троих его подчинённых подал в ратушу донос, но по тому доносу в ратуше никакого решения не был сделано.
Тогда Москвин обратился с жалобой во Володимерскую провинскую канцелярию, и в этой жалобе, изложив все обстоятельства дела, прибавил, что не только Рукавишников, но и бурмистр Иван Намятовский бороды не бреет и в платье неуказном ходит. По этой жалобе рукою порутчика Василия Мосолова написано такое заключение: так как оказалось, что Бургомистр с товарищами (Бурмистрами) за исполнением указов в Вязниковской слободе не следят, то "послать имъ указъ, въ которомъ написать, чтобъ они о показанной указомъ противности и о неисполнении въ Володимерскую провинскую канцелярию ответствовали на срокъ по регламенту".
Кроме того было постановлено послать в Вязниковскую слободу нарочного, который должен привести Рукавишникова и всех, кто окажется там с бородой и в неуказном платье, под караулом во Владимирскую пров. канцелярию. Если же в Вязниковской слободе не окажется бородачей, прибавлено в наказ, то "Бургомистрамъ прислать сюда именныя свои въдъния." Вязниковцу же Семёну Москвину подтвердить, чтобы он и впредь объявлял без опасения о тех, которых "усмотртъ в бородахъ и не въ указномъ платьъ". Указ был отправлен в Вязниковскую ратушу и туда был послан нарочный рассыльщик. Что же из этого вышло?
Оказался в бороде и не в указном платье только один Бургомистр Рукавишников, а прочие Вязниковцы "были всъ исправны".
По крайней мере так гласят ответные в пров. канцелярии бумаги Вязниковской ратуши. И Рукавишников не был приведён во Владимир под караулом, но прислал сюда письменное объяснение, что он прежде состоял в расколе, а в 1724 году был присоединен пр. Питиримом Архиепископом Нижегородским и Алатырским (1719 - 1738) к православию.
Но так как Император Пётр I, бывши в Астрахани, писал в Нижний пр.Питириму, что обратившиеся из раскола могут носить платье и бороду по прежнему без платежа пошлины, то он, Рукавишников, так и делает на законном основании.
Это письмо Императора, по словам Рукавишникова, имело результатом то, что "многие люди обратились отъ расколу къ св. церкви и впредь обращаться будутъ". К объяснению своему Рукавишников приложил и копию государева письма следующего содержания:
"Пречестный отецъ. Письмо ваше июля отъ 2 дня до насъ дошло, въ которомъ пишете, что раскольники, необратившиеся, посланы в Сибирь, гдъ есть заводчикъ Власовъ, и что раскольники жъ бегутъ и селятся въ сибирскихъ городахъ, которые (раскольники), совокупясь, могутъ пакости делать, и на сие ответствуемъ: помянутыхъ раскольщиковъ, кои посланы в Сибирь, велели мы поворотить и послать въ Рогервикъ, и впредь бы раскольщиковъ въ Сибирь не посылали, а посылали бъ въ Рогервикъ, о чёмъ ныне въ Сенатъ нарочно мы написали и ежели капитан Сверчковъ с теми колодниками въ Нижнем, то объявите ему нашимъ указомъ, чтобы онъ поехалъ съ теми колодниками назадъ и явился на Москве сенаторамъ.
Что-же упоминаете о обратившихся раскольникахъ дабы имъ носить платье и бороду попрежнему, безъ платежа, и онымъ дайте въ томъ позволение, только при томъ учините какой нибудь знакъ, дабы подъ ихъ видомъ другие, не обратившиеся, раскольщики таковыя платья не носили. Подписано: Пётръ, изъ Астрахани въ 15 день октября 1722 года".
Но о знаке, полученном от пр. Питирима, ни Рукавишников не упоминает в своём донесении, ни Володимирская пров. канцелярия о том его не запрашивает. Последняя о всём вышеизложенном отписала в Московскую губернамейскую канцелярию, каковой отпиской и заканчивается дело № 235 Влад.Губернского Архива, по провинц. канцелярии.
Примечание.
Нелишне к сему присоединить в виде примечания несколько слов о пр. Питириме Нижегородском, противораскольническая деятельность которого простиралась и на Владимирскую губернию.
Родившись в пределах Нижегородских, в крестьянской семье от родителей-раскольников и воспитавшись в духе раскола, Питирим (мирское имя его неизвестно), придя в возраст, пожелал посвятить себя иноческой жизни, и для того удалился на польскую границу в Стародубскую область, где на Ветке, сделавшейся притоном бежавших из России раскольников, пострижен был раскольниками в монашество, и потом, возвратившись на родину, в лесах Керженских и Чернораменских, явился главным вождём раскольников.
Но это продолжалось недолго.
Чем более Питирим изучал для целей раскола соборные постановления и историю церкви, тем более он убеждался в неправоте раскола. Наконец он перешёл в недра православной церкви.
Большое воздействие на него в этом случае оказал св. Дмитирий, митрополит Ростовский.
Питирим, чтобы ближе быть к последнему, поселился в Никольском монастыре г. Переславля и здесь поставлен был строителем. Император Пётр I, бывая часто в Переславле, на Плещеевом озере, обратил внимание на строителя Никольского монастыря, отличавшегося строгостью жизни, опытностью и сведениями в делах веры. Он поручил ему противраскольническую миссию в Нижегородской епархии, повелев возвести его в сан Игумена Переславского Никольского монастыря, а потом перевёл его архимандритом в Успенский Нижегородский губ. Кержебельмашский монастырь и наконец за энергичную и успешную противораскольническую миссию в 1719 году повелел хиротонисать его во епископа Нижегородского. Так как действия Питирима простирались и на смежные с Нижегородской епархией местности, принадлежавшие тогда ведомству святого Синода, то по указу императора Петра I и по определения св. Синода, в 1722 году к Нижегородской епархии были причислены города Ярополч, Гороховец, и Вязниковская слобода с их уездами. Питирим был любимцем Петра.
В особенно важных случаях он непосредственно обращался к государю письмами. Известны три письма, написанные Питириму Императором, из которых последнее есть то самое, копия которого представлена Вязниковским Бургомистром Рукавишниковым в Волод. пров. канцелярию. Архиепископом Питиримом, как сообщает неизвестный биограф его, за 15 последних лет жизни его обращено было из раскола в православие до 80 тысяч человек и в том числе, конечно, Вязниковский Бургомистр Василий Иванов Рукавишников.
С 1719 до 1722 года Питириму поручено был взимать и оброк в пользу казны с раскольников. Такого оброку им представлено было в 4 года свыше 40 тыс. рублей. (Сведения об Арх.Питириме заимствованы из печатной брошюры "Питирим, Архиепископ Нижегородский и Алатырский", неизвестного автора, года и места издания)
(по материалам издания "Труды Владимирской Учёной Архивной Комиссии" Книга 1. 1899 год.)
О бородачах и раскольниках во Владимирском Губернском архиве имеется дело под № 235, начинающееся указом Императрицы Анны Иоанновны от 20 апреля 1735 года, присланным "из Московской Губернамейской канцелярии Володимерской провинцы воеводскому товарищу, майору господину Тяпкину" и полученным здесь 2 сентября того же года. В этом указе повторено содержание именного указа Петра I от 1722 года. Копии указа из Влад. Пров. канцелярии были посланы к воеводам в Гороховец и Муром а также в Владимирскую и Вязниковскую ратуши к Бурмистрам.
Как во Владимире, так и в других местах Владимирской провинции указ был зачитан в первые три базарные дня при барабанном бое, и копии его были вывешены а разных общественных местах.
Владимирская ратуша и Муромская воеводская канцелярия отписали провинциальной канцелярии, что они "по указу исполнение чинить будутъ", а Гороховецкая воеводская канцелярия к тому прибавила, что "раскольниковъ и бородачей и ходящихъ въ неуказномъ платьъ въ приводъ ни от кого не имъется".
Без сомнения и Вязниковская ратуша в том же роде ответила бы, но её предупредил вязниковец Семён Кириллов Москвин доносом о том, что он 25 сентября 1735 года увидела в Вязниках самого Бургомистра Василия Иванова Рукавишникова с бородой и не в указном платье.
Москвин поймал Рукавишникова и повел его в привод в Вязниковскую ратушу, но последний, дойдя до ратуши и, "обнадъясь на свою силу и богатство", в ратушу не пошёл, стал от Москвина отбиваться, замахиваться тростью и бранить его "всякою неподобною бранью", говоря: "я-де бороду и платье ношу по указу".
На крик Рукавишникова выбежали из ратуши трое подчинённых ему людей. Рукавишников приказал им оттолкать от себя Москвина, что они и исполнили и "въ приводъ въ ратушу привесть его на дали".
На другой день Москвин на Рукавишникова и троих его подчинённых подал в ратушу донос, но по тому доносу в ратуше никакого решения не был сделано.
Тогда Москвин обратился с жалобой во Володимерскую провинскую канцелярию, и в этой жалобе, изложив все обстоятельства дела, прибавил, что не только Рукавишников, но и бурмистр Иван Намятовский бороды не бреет и в платье неуказном ходит. По этой жалобе рукою порутчика Василия Мосолова написано такое заключение: так как оказалось, что Бургомистр с товарищами (Бурмистрами) за исполнением указов в Вязниковской слободе не следят, то "послать имъ указъ, въ которомъ написать, чтобъ они о показанной указомъ противности и о неисполнении въ Володимерскую провинскую канцелярию ответствовали на срокъ по регламенту".
Кроме того было постановлено послать в Вязниковскую слободу нарочного, который должен привести Рукавишникова и всех, кто окажется там с бородой и в неуказном платье, под караулом во Владимирскую пров. канцелярию. Если же в Вязниковской слободе не окажется бородачей, прибавлено в наказ, то "Бургомистрамъ прислать сюда именныя свои въдъния." Вязниковцу же Семёну Москвину подтвердить, чтобы он и впредь объявлял без опасения о тех, которых "усмотртъ в бородахъ и не въ указномъ платьъ". Указ был отправлен в Вязниковскую ратушу и туда был послан нарочный рассыльщик. Что же из этого вышло?
Оказался в бороде и не в указном платье только один Бургомистр Рукавишников, а прочие Вязниковцы "были всъ исправны".
По крайней мере так гласят ответные в пров. канцелярии бумаги Вязниковской ратуши. И Рукавишников не был приведён во Владимир под караулом, но прислал сюда письменное объяснение, что он прежде состоял в расколе, а в 1724 году был присоединен пр. Питиримом Архиепископом Нижегородским и Алатырским (1719 - 1738) к православию.
Но так как Император Пётр I, бывши в Астрахани, писал в Нижний пр.Питириму, что обратившиеся из раскола могут носить платье и бороду по прежнему без платежа пошлины, то он, Рукавишников, так и делает на законном основании.
Это письмо Императора, по словам Рукавишникова, имело результатом то, что "многие люди обратились отъ расколу къ св. церкви и впредь обращаться будутъ". К объяснению своему Рукавишников приложил и копию государева письма следующего содержания:
"Пречестный отецъ. Письмо ваше июля отъ 2 дня до насъ дошло, въ которомъ пишете, что раскольники, необратившиеся, посланы в Сибирь, гдъ есть заводчикъ Власовъ, и что раскольники жъ бегутъ и селятся въ сибирскихъ городахъ, которые (раскольники), совокупясь, могутъ пакости делать, и на сие ответствуемъ: помянутыхъ раскольщиковъ, кои посланы в Сибирь, велели мы поворотить и послать въ Рогервикъ, и впредь бы раскольщиковъ въ Сибирь не посылали, а посылали бъ въ Рогервикъ, о чёмъ ныне въ Сенатъ нарочно мы написали и ежели капитан Сверчковъ с теми колодниками въ Нижнем, то объявите ему нашимъ указомъ, чтобы онъ поехалъ съ теми колодниками назадъ и явился на Москве сенаторамъ.
Что-же упоминаете о обратившихся раскольникахъ дабы имъ носить платье и бороду попрежнему, безъ платежа, и онымъ дайте въ томъ позволение, только при томъ учините какой нибудь знакъ, дабы подъ ихъ видомъ другие, не обратившиеся, раскольщики таковыя платья не носили. Подписано: Пётръ, изъ Астрахани въ 15 день октября 1722 года".
Но о знаке, полученном от пр. Питирима, ни Рукавишников не упоминает в своём донесении, ни Володимирская пров. канцелярия о том его не запрашивает. Последняя о всём вышеизложенном отписала в Московскую губернамейскую канцелярию, каковой отпиской и заканчивается дело № 235 Влад.Губернского Архива, по провинц. канцелярии.
Примечание.
Нелишне к сему присоединить в виде примечания несколько слов о пр. Питириме Нижегородском, противораскольническая деятельность которого простиралась и на Владимирскую губернию.
Родившись в пределах Нижегородских, в крестьянской семье от родителей-раскольников и воспитавшись в духе раскола, Питирим (мирское имя его неизвестно), придя в возраст, пожелал посвятить себя иноческой жизни, и для того удалился на польскую границу в Стародубскую область, где на Ветке, сделавшейся притоном бежавших из России раскольников, пострижен был раскольниками в монашество, и потом, возвратившись на родину, в лесах Керженских и Чернораменских, явился главным вождём раскольников.
Но это продолжалось недолго.
Чем более Питирим изучал для целей раскола соборные постановления и историю церкви, тем более он убеждался в неправоте раскола. Наконец он перешёл в недра православной церкви.
Большое воздействие на него в этом случае оказал св. Дмитирий, митрополит Ростовский.
Питирим, чтобы ближе быть к последнему, поселился в Никольском монастыре г. Переславля и здесь поставлен был строителем. Император Пётр I, бывая часто в Переславле, на Плещеевом озере, обратил внимание на строителя Никольского монастыря, отличавшегося строгостью жизни, опытностью и сведениями в делах веры. Он поручил ему противраскольническую миссию в Нижегородской епархии, повелев возвести его в сан Игумена Переславского Никольского монастыря, а потом перевёл его архимандритом в Успенский Нижегородский губ. Кержебельмашский монастырь и наконец за энергичную и успешную противораскольническую миссию в 1719 году повелел хиротонисать его во епископа Нижегородского. Так как действия Питирима простирались и на смежные с Нижегородской епархией местности, принадлежавшие тогда ведомству святого Синода, то по указу императора Петра I и по определения св. Синода, в 1722 году к Нижегородской епархии были причислены города Ярополч, Гороховец, и Вязниковская слобода с их уездами. Питирим был любимцем Петра.
В особенно важных случаях он непосредственно обращался к государю письмами. Известны три письма, написанные Питириму Императором, из которых последнее есть то самое, копия которого представлена Вязниковским Бургомистром Рукавишниковым в Волод. пров. канцелярию. Архиепископом Питиримом, как сообщает неизвестный биограф его, за 15 последних лет жизни его обращено было из раскола в православие до 80 тысяч человек и в том числе, конечно, Вязниковский Бургомистр Василий Иванов Рукавишников.
С 1719 до 1722 года Питириму поручено был взимать и оброк в пользу казны с раскольников. Такого оброку им представлено было в 4 года свыше 40 тыс. рублей. (Сведения об Арх.Питириме заимствованы из печатной брошюры "Питирим, Архиепископ Нижегородский и Алатырский", неизвестного автора, года и места издания)
(по материалам издания "Труды Владимирской Учёной Архивной Комиссии" Книга 1. 1899 год.)
Подписаться на:
Сообщения (Atom)